Дело Ларисы Долиной против Лурье

Дело Долиной против Лурье вызвало огромный резонанс не только в юридическом сообществе, но и в обществе в целом по очевидным причинам. Поэтому хотелось бы разобрать его с правовой точки зрения, исходя из имеющихся открытых данных в интернете (в первую очередь, это судебные акты: Решение Хамовнического районного суда г. Москвы от 28.03.2025, Апелляционное определение Мосгорсуда от 08.09.2025, кассация пока не опубликована, а также информация из СМИ).

Какие обстоятельства установили суды?

В решении Хамовнического суда по большому счету не установлено абсолютно ничего. В нём вразнобой указаны применимые нормы права. Причем из четырёх страниц решения одна страница занимает нормативные положения относительно чьей-то недобросовестности. Чьей конкретно — неизвестно. Отсутствует логика суда, причинно-следственная связь между тезисами, пояснения о том, почему последствия признания сделки недействительной должны быть именно такими, как указано в решении. Абсолютно ничего. Объективно такое решение может вызвать только боль, разочарование, расстройство, огорчение, досаду и обман ожиданий (список неполный).

Мосгорсуд же, видимо, из-за общественного резонанса, дополнил судебный акт чуть более обстоятельно, где логику суда уже можно проследить. В чём она заключается? Суды установили, что истец (Долина) заключила предварительный договор и договор купли-продажи квартиры с ответчиком (Лурье) под влиянием существенного заблуждения, навязанного ей мошенниками. Её убедили, что она участвует в «спецоперации» правоохранительных органов, она спасает себя, РФ, планету, Вселенную, поэтому ей необходимо «фиктивно» продать квартиру, а вся сделка проходит под контролем «знающих» людей. У Долиной не было истинного намерения отчуждать квартиру, её воля была искажена в результате мошеннических действий, следовательно, сделки недействительны на основании ст. 178 ГК РФ (существенное заблуждение). Мосгорсуд сослался также на экспертизы, проводимые в рамках уголовного дела, которые подтвердили, что Долина находилась под влиянием мошенников.

Далее Мосгорсуд обосновал, почему последствия признания сделок недействительными были такими, как указал суд первой инстанции.

«Отказывая во взыскании с ***** в пользу ***** денежных средств, составляющих стоимость квартиры, суд первой инстанции указал на то, что денежные средства за квартиру получены злоумышленниками в результате совершения преступления, обстоятельства их хищения, лица, совершившие хищение полученных за квартиру денежных средств, из размер подлежат установлению в рамках производства по уголовному делу, к которым **** не лишена возможности предъявить требования о возмещении соответствующих убытков.

Доводы апелляционной жалобы о том, что судом не применены положения ст. 167 Гражданского кодекса РФ и не произведен возврат денежных средств, не свидетельствуют о неправомерности обжалуемого решения, поскольку обратное бы образовало на стороне истца **** обязанность по возврату денежных средств, которые получены третьими лицами в результате противоправных действий и ответственных за причиненные, в том числе ****, убытки».  

Т.е.  суды сказали, что сделка недействительна, но деньги за квартиру нужно забирать самой Лурье не у Долиной, а у мошенников, так как Долина не получила эти деньги. Деньги были переданы мошенникам, а не Долиной.

В чем некорректность в позиции судов с правовой точки зрения?

Суды указали, что Долина действовала под влиянием мошенников, поэтому сделка недействительна на основании ст. 178 ГК РФ. В этой части понятно, хотя много вопросов, но ладно, суд так установил. Однако суд совершенно неверно применил последствия признания сделки недействительной. В пункте 6 этой же ст. 178 написано, что в случае признания сделки недействительной применяются правила статьи 167 ГК РФ.

Также в пункте 6 статьи 178 ГК РФ указано, что сторона, которую обманули (т.е. Долина), должна возместить реальный ущерб другой стороне, которая заключила сделку (т.е. Лурье).

Таким образом, если сделку на основании ст. 178 ГК РФ признают недействительной, во-первых, применяется ст. 167 ГК РФ, а во-вторых, Лурье ещё может взыскать реальный ущерб с Долиной.

Что написано в ст. 167 ГК РФ? В статье 167 ГК РФ установлено, что последствия признания сделки недействительной — это двусторонняя реституция (возврат друг другу всего полученного), и только если суд установит, что последствия признания сделки недействительной противоречат основам правопорядка и нравственности, то тогда суд может не применять такие последствия.

Следовательно, последствием недействительности сделки, совершенной под влиянием заблуждения, является возврат сторонами всего полученного по сделке. Ст. 178 ГК РФ не предусматривает при вынесении решения о недействительности сделки возможности усмотрения суда в применении или неприменении двусторонней реституции, так как эти последствия возникают в силу закона.

Отказ в применении двусторонней реституции возможен только в случае, предусмотренном пунктом 4 статьи 167 ГК РФ, или при закреплении в законе иных последствий недействительности сделки. Иных последствий недействительности сделки, признанной недействительной как совершенной под влиянием существенного заблуждения, статья 178 ГК РФ не содержит.

В чём же тогда спрашивается противоречие основам правопорядка и нравственности при применении последствий сделки недействительной в этом деле? Суды не обосновывают.

В этом деле суды установили, что Долина не получала денег от Лурье, хотя Долина сама в интервью постоянно говорила о получении от неё денег (исходя из информации из СМИ, инфа не проверена, интервью не видел), ипоэтому якобы деньги не должны быть возвращены Лурье по двусторонней реституции.

Т.е. суды по сути неверно установили фактические обстоятельства по делу. Они указали, что Долина не получила деньги от Лурье. Однако такое установление фактических обстоятельств судами нелогично. Долина не получила бы эти деньги только в одной ситуации — если бы эти деньги сразу были бы переданы мошенникам напрямую от Лурье (тогда это совсем другая история).

Поэтому ключевая ошибка судов состоит в том, что: 1) суды неверно и даже нелогично установили фактические обстоятельства по делу; 2) суды не применили двустороннюю реституцию.

Я хочу отдельно отметить, что, когда Долина переводила/передавала деньги мошенникам, с точки зрения гражданского права, это тоже сделка (незаключенная или недействительная — это другой вопрос). Тот факт, что Долина, получив деньги от Лурье, затем лишилась их в результате преступления, создает новое обязательственное отношение — между Долиной и мошенниками.

Это два разных, параллельных правоотношения:

Долина vs. Лурье: двусторонняя реституция по ст. 167, 178 ГК РФ (квартира → Долиной, деньги → Лурье).

Долина vs. Мошенники: Иск о взыскании неосновательного обогащения или возврат денег, если сделка недействительная (деньги → Долиной).

Суд, по сути, заставил именно Лурье прямиком перейти ко второму пункту, минуя и исказив первый. Таким образом, правильная правовая логика требует не указания Долиной на путь к мошенникам, а четкого разграничения двух обязательств и критики суда за их смешение.