Зарубежные и российские подходы к мотивации работников и ключевых консультантов публичных компаний акциями, опционами на акции и правами на участие в прибыли организации изучены довольно хорошо. А вот механизмам, доступным непубличным компаниям, в том числе тем, капитал которых разделен не на акции, а на доли, паи и другие права участия, уделено меньшее внимание. В статье приводится обзор правовых механизмов материального стимулирования работников, независимых директоров и ключевых консультантов акциями (долями в капитале), опционами на акции (доли в капитале) и правами на участие в приросте капитала компаний, применяемых в США. На примере американского опыта анализируются возможности и проблемы применения этих механизмов в непубличных хозяйственных обществах, партнерствах, товариществах на вере и производственных кооперативах в России, в том числе в свете изменений части первой ГК РФ, вступивших в силу 1 июня 2015 г.

С 1 июня 2015 г. вступила в силу ст. 309.1 «Соглашение кредиторов о порядке удовлетворения их требований к должнику» Гражданского Кодекса РФ, имплементирующая в законодательство России институт договорной субординации требований кредиторов, доказавший свою эффективность в рамках многочисленных финансовых сделок за рубежом. Вместе с тем, при детальном рассмотрении ст. 309.1 ГК РФ возникает ряд практических вопросов. Некоторые из них рассмотрены в данной статье.

Статья продолжает исследование вопросов, связанных с институтом субординации долга, который активно используется в развитых зарубежных правопорядках и был недавно частично имплементирован в российское законодательство статьей 309.1 Гражданского кодекса РФ о соглашениях кредиторов о порядке удовлетворения их требований к должнику. На этот раз предметом анализа является судьба договорной субординации требований кредиторов в случае банкротства младшего кредитора, с которой связан ряд наиболее сложных вопросов субординации долга. В статье приводится обзор правил, выработанных по данной теме в английской практике, затем рассматриваются возможные последствия и риски в контексте российского права.