Фабула дела

Между участниками оборота был заключен договор аренды, в соответствии с которым арендодатель передал арендатору оборудование в апреле 2021 года до 31 декабря того же года. Договором была предусмотрена ежемесячная арендная плата, за просрочку внесения которой начислялась неустойка.

По условиям договора арендатор в случае хищения, гибели, повреждения, разрушения, утраты, случайной порчи, преждевременного износа оборудования или отказа от его возврата обязан незамедлительно информировать арендодателя, возместить ему причиненные этим убытки в размере стоимости оборудования, указанной в приложении к договору, посредством перечисления денежных средств на расчетный счет арендодателя в течение 5 рабочих дней с даты получения требования, направленного арендодателем в письменной форме.

16 июня 2021 года в связи с ненадлежащим исполнением арендатором обязательств по внесению арендной платы арендодатель отказался от договора в одностороннем внесудебном порядке. Впоследствии он неоднократно требовал от арендатора перечислить арендную плату, а также компенсационную стоимость невозвращенного оборудования.

Суды нижестоящих инстанций в общем и целом сочли требования истца обос­нованными. Верховный Суд РФ с этой позицией не согласился и отменил судебные акты в части удовлетворения требований арендодателя о взыскании с арендатора задолженности по договору аренды за период со 2 апреля 2021 года по 30 сентября 2023 года, а также о взыскании неустойки. В обоснование своей позиции ВС РФ указал, что при прекращении договора аренды за арендатором сохраняется обязанность по внесению арендной платы до момента возврата арендованного имущества либо возмещения его стоимости.

ВС РФ отметил также, что по общему правилу арендатор не вносит арендную плату за период, в котором он лишен возможности пользоваться объектом аренды по независящим от него обстоятельствам. В то же время при доказанности оснований гражданско-правовой ответственности сумма арендной платы в качестве упущенной выгоды может быть взыскана арендодателем с лица, действия которого привели к наступлению этих обстоятельств.

При этом высшая инстанция указала, что нижестоящие суды, удовлетворяя требования о взыскании задолженности по арендной плате за период со 2 апреля 2021 года по 30 сентября 2023 года, не проверили довод ответчика о том, что уже на 19 октября 2021 года (направление претензии) он не имел возможности пользоваться арендованным имуществом ввиду его утраты, о чем информировал арендодателя в соответствии с условиями договора. Между тем установление обстоятельств своевременного извещения (неизвещения) арендодателя о невозможности продолжения пользования арендованным оборудованием ввиду его утраты, оценка действий арендатора, повлекших невозможность пользования имуществом, имеют значение для правильного определения правовой природы арендной платы, взыскиваемой после направления требования (19 октября 2021 года)