Введение

Конституционный нормоконтроль традиционно рассматривается как механизм обеспечения верховенства Конституции РФ и устранения дефектов правовых норм, а формируемые Конституционным Судом РФ (далее — КС, Суд) правовые позиции находят свое воплощение в совершенствовании законодательства. Вместе с тем эффективность проверки конституционности закона не может оцениваться исключительно по факту последующего изменения текста законодательных актов.

В частноправовой сфере, и особенно в праве интеллектуальной собственности, влияние постановлений КС нередко выходит за рамки сугубо законодательных изменений. Резолюция постановления КС — будь то признание нормы не соответствующей Конституции РФ или придание ей иного конституционно-правового истолкования и проч. — запускает многоаспектный процесс ее исполнения. И здесь специального упоминания заслуживает следующее обстоятельство: несмотря на то, что в большинстве случаев правовые позиции формируются КС в качестве результата каузального нормоконтроля (т.е. проверки конституционности правовых норм, примененных или подлежащих применению в конкретном деле), формулируемые Судом общие правоположения в итоге воздействуют на правоприменительную практику в целом.

Законодательная реакция на постановления КС нередко демонстрирует проблемность: дело не столько в медлительности корректировки текста закона, сколько в содержательном качестве такого ответа, что отражается и на реализации правовых позиций в судебной практике. Анализ показывает, что возможны различные сценарии: от формальной законодательной реакции или затягивания полноценной реализации до оперативного восприятия правовых позиций судами, когда трансформация правоприменительных подходов происходит еще до изменения законодательства.

Целью настоящей статьи является верификация моделей реализации правовых позиций КС в сфере интеллектуальной собственности и оценка их эффективности для развития законодательства и правоприменительной практики. Для этого в первой части статьи анализируются случаи, когда законодательная реакция оказалась замедленной либо носила формальный характер. Вторая часть посвящена влиянию постановлений КС на развитие права интеллектуальной собственности сквозь призму двух моделей реализации правовых позиций КС в правоприменительной практике. В третьей, завершающей части подводятся итоги и формулируются общие выводы о роли конституционного нормоконтроля в сфере интеллектуальных прав.

1. Законодательный канал исполнения решений КС: проблемы номинальной и замедленной реализации

1.1. В доктрине решения КС классифицируют по-разному, в том числе основываясь на свойствах правовых выводов, содержащихся в этих решениях. В частности, Т.В. Соколов подразделяет решения КС «в зависимости от наличия или отсутствия в них каких-либо выводов» 1 1См., напр.: Соколов Т.В. Решения и правовые позиции Конституционного Суда Российской Федерации: сущность, виды и соотношение // Право и политика. 2013. № 12 (187).